* * *

Как из гнезда, из времени я выпал. Отбросами воспоминаний
стал питаться. Кто были рядом, тоже потерялись.
Затем нашли тропинку в никуда. Когда нас нет, жизнь кажется
безумно длинной. У монотонности свой метроном. И
мост прогнил, что вел из ночи в утро, а вброд нам темноту не
перейти. Мы невидимки. По голосу друг друга узнаем. Нас
не смущает вечность пустоты.
МЕЖДУ НЕБОМ И ЗЕМЛЕЙ

На ощупь тишину едва отыщешь. Поверь, нет лучше пищи для
души, чем мысли. С твоей сноровкой, взглядом крысьим не
потянуть заоблачные выси. Поэтому пока ты здесь и под ногами
почву греешь, весь пыл свой жаркий (а ты сумеешь) направь туда,
где твой покой, оберегаемый разлукой, спасет от грешного суда
и от назойливой и праздной скуки. Как две погасшие звезды, твои глаза
на фоне неба, но это, друг мой, полбеды, там, где беда, еще ты не был.
Над бездной только сон и дух парят бесстрашно (плоть не давит),
но кто об этом скажет вслух, пока земное нами правит.
* * *

Огласи нам разлуку, осенняя грусть. В твоих сонных руках
замирает природа. И уставшим сердцам остается учить наизусть
разноцветные песни и полгода напевать их ветрам, разбивающим в прах
баснословную жизнь неимущего в прошлом народа. Я вернусь
птичьей стаей, летящей на юг. Пожелтевшее счастье мы топчем ногами.
Этот замкнутый круг под названьем вращенье земли, с белой пеной
вдоль губ безымянной зимы, непосредственно с нами
заключает союз, безнадежный, как жизнь. И закат с перерезанной веной
закрепляет его до рассвета.
* * *

По светлому пути непознанных дорог, не предвещавших миру
огорчений, вдоль тишины, которую берег для наших, слышишь,
наших прегрешений, от всех обид отгородясь стеной, касаясь
пряди солнечных затмений, как перед Богом, пред тобой одной
склоняет голову мой сумасшедший гений. Вчитайся в ожидание
минут, в ту инквизиторскую свору, которую с любовью изолгут
не в эту - будущую пору. Смешинками лукавого дождя взыграет
сердце праздничной порою. Не забывай, не забывай меня и, уходя
на миг, как навсегда, читай молитву, мы в этой жизни словно
в лодке Ноя. Какое ж имя дать происходящим дням, о если б
у меня спросили, я дал бы - Моисей.
ГОГОЛЬ

Заворожила родину луна. Сбежались звезды посмотреть на чудо. Так
тихо. Будто ниоткуда возник твой профиль в глубине окна. Всё рядом:
черная вода, деревьев молчаливых страхи, отшельник сон в одной
рубахе стоит под небом Страшного Суда. Таинственная благодать
раскинула надежды сети, и потекли желанья вспять, мы вновь одни на
этом свете. Уходит сонная страна, глаза уводит от стесненья. Неужто
нам любовь дана как продолжение творенья?